Записки на полях соленых книг - Карен Уайт

Хит покачал головой.

– Лулу была маленькой девочкой, когда умерла Кэт, и я не представляю, как она могла считать себя виновной в самоубийстве, если не имела к нему никакого отношения. Должно быть, существует какая-то другая причина.

– Возможно. Ваша мать сказала, что Лулу обнаружили на старом участке. У нее в руке была лопата, как будто она что-то копала.

– Знаю, но не представляю, что могло быть там зарыто. После «Хьюго» мой отец отправился туда с металлоискателем и лопатами в надежде обнаружить что-нибудь ценное. Мы наши несколько вещей – в основном кухонные кастрюли и столовые приборы – но совсем немного. Трудно поверить, что мы могли что-то пропустить.

– Если это не было зарыто позже?

– Но с какой стати? Ведь все случилось в 1989 году.

– Вы сказали, что она была последней, кто видел Мэгги. Возможно, тогда у них состоялся разговор, убедивший Лулу, что их общая тайна должна остаться скрытой.

Хит нахмурился, глядя на нее.

– Вам известно, что вы настоящий сыщик?

Эмми глубоко вздохнула, стараясь сдержать улыбку.

– Однажды для одного из клиентов матери я проследила историю документа вплоть до библиотеки в уединенном шотландском замке. Для меня нет ничего невозможного. – Эмми опомнилась и серьезно добавила: – Но это ваша семья, а не моя. Если хотите, чтобы история закончилась на этом месте, так и будет. Она привела меня на Фолли-Бич, и этого вполне достаточно. – Эмми пожала плечами, но оба сразу поняли, что это ложь. – Или я сделаю так, что этого будет достаточно.

– Ну что ж… – Хит снова посмотрел на письмо и протянул ей листок. – Но если Лулу что-то копала, наверное, она не хотела, чтобы это и дальше оставалось в земле.

Он потер руками лицо и опустил плечи, словно смирившись с судьбой. Потом направился к своему грузовичку и бросил через плечо:

– Пошли. Давайте возьмем отцовский металлоискатель и пройдемся с ним по участку.

– Прямо сейчас?

– А вы что, хотите еще подождать?

– Вовсе нет, – ответила Эмми, в равной мере охваченная восторгом и чувством облегчения. Она последовала за Хитом к его пикапу, снова ощущая присутствие болота за спиной и думая о Мэгги и о том, как она умерла и кого ждала.

Когда они подъехали к заброшенному участку, солнце скрылось и темные облака наползали друг на друга на горизонте, словно кошачьи лапы. Воздух был плотным от влаги; карликовые пальмы и даже стебли травы поникли от сырости.

– Медики из бригады «Скорой помощи» сказали, что ее нашли в шести футах от креста. – Хит указал на простой крест, выкрашенный в белый цвет и стоявший посреди двора. – Лулу воздвигла его для Мэгги, когда мы поняли, что не сможем найти ее.

Эмми кивнула, опечаленная видом этого маленького мемориала, осязаемого напоминания о сестре Лулу.

– Двадцать с лишним лет – долго же она ждала, что горе отступит.

Хит включил металлоискатель.

– Я начну рядом с крестом и буду двигаться по спирали. Если поступит какой-то сигнал, то я начну копать.

Он низко опустил овальную рамку металлоискателя и поводил ей взад-вперед, словно пылесосом. Эмми ощутила знакомое покалывание у корней волос, которое мало-помалу спустилось вниз по позвоночнику. Не задавая вопросов, она вернулась к грузовичку Хита и взяла лопату, которую он захватил с собой.

Она чувствовала, что скоро она обнаружат находку. Когда металлоискатель начал сигналить, она едва не рассмеялась.

Хит перестал водить прибором взад-вперед и перешел к более мелким и целенаправленным движениям, остановившись в том месте, где звуковой сигнал стал постоянным.

– Что бы это ни было, оно находится примерно в одном футе от поверхности, – Хит выключил прибор, положил его рядом и потянулся за лопатой.

– Как я могу помочь? – спросила Эмми, корой не терпелось увидеть тайну, скрытую под грязью и песком.

Хит сделал вид, будто размышляет над ее вопросом.

– Вы можете отступить в сторону и посмотреть, как я копаю, либо копать самостоятельно. Думаю, тут тесновато для двоих.

Он снял джемпер и остался в футболке и джинсах на холодном ветру. Эмми покосилась на его бицепсы и подумала о своих жалких попытках бегать по утрам.

– Тогда приступайте. Дайте мне знать, если понадобится утереть вам лицо или что-нибудь в этом роде.

– Обойдусь, – его лицо снова посуровело; он вонзил в землю лезвие лопаты и начал копать.

Хит небольшими порциями выбрасывал землю, размягчившуюся после ночного дождя. Покалывание, которое началось в затылке Эмми, теперь распространилось на руки, и ей приходилось заставлять себя стоять спокойно, а не пританцовывать от нетерпения.

Хит копал около десяти минут, когда лопата наткнулась на что-то твердое. Он бросил взгляд на Эмми.

– Не слишком радуйтесь. Это может быть всего лишь камень.

– Нет. Это то, что мы ищем.

Хит оперся на черенок лопаты.

– Уже знаете, да?

Эмми прикусила губу.

– Да. И я готова поспорить на деньги, что сейчас мы найдем то самое, что искала Лулу.

С сомнением посмотрев на Эмми, Хит начал вынимать землю из выкопанной ямы тонкими пластами, пока не открылся гладкий предмет, похожий на крышку небольшой деревянной шкатулки.

Склонившись над ямой, они посмотрели друг на друга. Не говоря ни слова, Хит сделал неглубокий подкоп вокруг шкатулки, чтобы можно было подцепить ее снизу и освободить из земляной темницы.

– Суньте руки в яму и скажите, чувствуете ли вы нижний край шкатулки, – попросил он. – Думаю, ее ширина от трех до четырех дюймов, так что вам должно хватить свободного места.

Не обращая внимания на сырую землю, Эмми поспешно опустилась на колени и запустила руки в подкоп, сделанный Хитом.

– Вполне достаточно, – сказала она и сосредоточилась на том, чтобы получше обхватить края шкатулки.

Она положила большие пальцы на крышку и просунула остальные под дно, поэтому шкатулка легко высвободилась, как будто ждала этого. Эмми думала, что она окажется тяжелее, и неожиданный рывок опрокинул ее на землю, но шкатулка осталась в руках.

Эмми осторожно смахнула остатки земли и увидела прямоугольную деревянную коробочку с металлической застежкой и петлями и лакированной поверхностью, разрисованной цветами. Она взглянула на Хита.

– Думаю, это ювелирная шкатулка.

Он отложил лопату и уселся на корточки рядом с Эмми. Внезапно она неуверенно произнесла:

– Теперь ваша очередь.

Хит взял шкатулку, и на мгновение Эмми показалось, что он хочет положить ее на место. Вместо этого он очень аккуратно открыл крышку. Из внутреннего отделения, обитого красным бархатом, донесся слабый аромат духов и почти сразу исчез, оставив Эмми гадать, не почудился ли ей этот запах. Хит опустился на колени рядом с ней, и оба увидели то, что Лулу считала достаточно важным для символического погребения.

Эмми осторожно вынула ключ для роликовых коньков. Она повернула маленький предмет, чтобы посмотреть, нет ли на обратной стороне каких-то отметин, и удивилась тому, каким холодным он был. Она положила ключ на землю рядом с собой, потом достала серьги с подвесками из «песчаных долларов» и черепаховую пряжку, в застежке которой застряла длинная прядь золотистых волос. Борясь с разочарованием при виде таких мелочей, она достала из шкатулки остальные предметы: старую центовую монетку, носовой платок и кружевную ленту для волос фабричного изготовления, пожелтевшую, как старая фотография.

Она изучила центовую монетку со знакомым бюстом Линкольна, перевернула ее и увидела два пшеничных снопа, обрамлявших слова «один цент» и «Соединенные Штаты Америки».

– Это цент 1933 года, – сказала Эмми.

– Лулу родилась в этом году.

Она положила монетку вместе с другими предметами, разгладила на колене носовой платок и заметила монограмму в углу. На тонкой ткани остались пятна от губной помады и туши для ресниц.

– Кто такой «PWK»? – Она провела пальцем по черным нитям вышивки, словно они могли что-то сказать. – «P» может обозначать Питера, но его фамилия была Новак.

Эмми оставила носовой платок на колене, не желая больше прикасаться к нему, и снова взяла монетку.

– Поверить не могу, что это все.

– Что это? – спросил Хит и указал на то место, где лежала лента для волос. Наклонившись, Эмми заметила маленькую скатанную бумажку, засунутую между дном шкатулки и краем бархатной обивки. Она подцепила бумагу ногтем и вытащила двумя пальцами.

– Она скатана так, как будто ее хотели просунуть в бутылочное горлышко.

Их глаза встретились, и Эмми поняла, что они думают об одном и том же.

– Прочитайте ее. Может быть, так мне не будет казаться, что я подслушиваю ваши семейные тайны.

Хит удивил ее. Он не стал спорить и послушно обменял шкатулку на свернутый клочок бумаги. Медленно развернув листок на ладони, он всмотрелся в крошечные буквы перед тем, как приступить к чтению.